В'ячеслав РассипаєвМП-601Улетают диоксиновые тучи
от засаленных моих оконных рам
за таёжный горизонт, за площадь Дуче -
либо к чёрту, либо к флотским поварам.
Малость легче, но неслыханно пустынней
стал моей безумной пьесы новый акт
с потускневшим крендельком трамвайных линий
да салатом из обрывков детских яхт.
Проясняется денёк, но - скоро сорок
оцинкованных девятых января
позовут меня на площадь из каптёрок,
то бишь офисов курьера и псаря.
В небе в дань экологическому чуду
громыхает истеричный фейерверк,
но от старости в рекордную зануду
превратился неопознанный берсерк.
То, что дамы сердобольные чихали
на его дипломатическую месть, -
пункт иной. Они скулёж в его оскале
узревают сквозь вуали; словом - жесть.
Их сынкам машины вверены с пелёнок,
словно манно-виталактовый кисель...
Пусть несёт их, газолином опалённых,
туч отравленных смурная карусель.
Грязно-серым концентратом тиурама
на веранде разведён домашний брют.
Наш герой бы показал себя, но дамы
слова молвить бедолаге не дают.
- Мяски дать?
- Винцом полить?
А за окошком
Сенна, Хаккинен, Шумахер - все свои...
Чтоб твой ангел так осиливал кормёжку,
как несчастный мой берсерк из кисеи! |
2008 © В'ячеслав Рассипаєв |
