Тетяна АіноваТРАНСВЕСТИЗМЫМонолог обжоры
Я с работы пришёл,
от работы усталый.
Ты накрыла на стол,
только этого мало.
Хлеб нарезала ты
и нарезала сало.
Суп ещё не остыл,
только этого мало.
— Будешь есть или нет? —
робко ты прошептала.
— Да, — сказал я в ответ. —
Только этого — мало!
Ты рванула в продмаг,
не жалея зарплаты.
Но купила пустяк:
полкило сервелата,
пива баночек пять,
сыра самую малость...
Да к чему уточнять?
Всё так быстро глоталось!
Я дождался котлет,
но не сделался сытым.
И отправил им вслед
на волне аппетита
макаронный запас,
твой пирог подгорелый,
сникерс, баунти, марс,
девять штук раффаэлло,
вискас, чаппи, хотдог,
миску педигрипала,
буженины кусок,
только этого мало!
Оглядевшись вокруг,
ты спросила послушно:
— Если мало, мой друг,
что бы ты ещё скушал?
— Да хотя бы дерьма! —
крикнул я что есть силы.
И тогда ты сама
в сковородку вскочила.
Завертелась, пища,
и навек замолчала.
Но уж больно тоща.
Так что этого — мало.
1993
Сентиментальная баллада серьёзного мужчины
Волос драгоценные нити,
лазурного взгляда наитье,
походка дикарки с Таити,
движений звериная власть –
такой Незнакомкой застолья
эпохи расцвета застоя
в моё прозябанье пустое
внезапно Она ворвалась.
Зажат между двух толстомордых
неумных девиц и немодных,
я ел молчаливо и гордо
и водку себе подливал.
Меня обстановка бесила.
Как вдруг мимо нас проскользила
Она и негромко спросила –
спросила: Не скучно ли Вам?
На миг я застыл истуканом.
Затем зашустрил тараканом.
Признанья вскипали вулканом
и лавой текли из меня.
И, кровная полно, но хладно,
Она отвечала: Ну ладно!
Понятно, что жизнь безотрадна, –
давай лучше ей изменять.
Теперь это кажется сказкой:
экстазы, капризные ласки,
над морем закатные краски
и привкус помады в вине...
Ах, всё промелькнуло мгновенно,
и только одно незабвенно –
что самой глобальной изменой
Она изменила и мне.
Недаром в ней билась так живо
телесных исканий пружина –
Она, как никто, заслужила
свой рай плотоядно-земной.
Но где этот рай, я не знаю:
Лос-Анджелес? Канны? Гавайи?
Он явно не в этом трамвае,
он явно не рядом со мной...
А я, хоть живётся непросто,
пока что далёк от погоста.
И после четвёртого тоста
поверить готов, господа,
что в платье под цвет апельсина
и с мужем, похожим на сына,
Она, патриотка России,
однажды вернётся сюда!
2001
Признание Феникса Яйценосного
Ты светишься, как самка светляка.
Где антиподки спрятали хвосты,
заманчивей любого маяка
фонарик свой покачиваешь ты.
В нём – цельная раздвоенность плода
и с лунным лоном искренняя связь.
Мой взгляд уже не может – не туда,
и множатся – не тАя, не таЯсь,
шаги газельи – льдинками в крови.
Чтоб не глазел я так упорно вниз,
мне откровенье личика яви,
хотя бы на мгновенье – обернись!
Улыбочкой лукавой облучи!
Иллюзию тебя не истребят
ни острые копытца-каблучки,
ни коготки с коварством ястребят.
Но в новом свете зверское мужчин
икону укрощенья обретёт,
и будущая сеточка морщин
мне паутиной сердце оплетёт.
Ты светишься, как самка светляка,
но съешь меня, как самка паука.
2006
|
2006 «Монолог обжоры» рекомендуется петь на известную попсовую мелодию, осквернившую в конце прошлого века стихотворение Арсения Тарковского «Вот и лето прошло…» © Тетяна Аінова |
