Вы шутите, дама забывчивая, или как?
Что отвечать на вопрос, вечера и концерты срывающий,
в пять тысяч сто первый раз напрягая уставшую варежку
на десять минут эфира в дырявый молочный бак?
Не, в самом деле, может, у вас это распространённая шутка –
и мне негоже бронхом хрипеть: «Що воно, зовсім тупе?»
От старта зелёных надежд, от нехоженого первопутка –
«шо такое МП? шо такое МП? шо такое МП?»

О чём бы ни исповедался – внимание на артикул.
Вы когда диск покупаете – Бобула, Данильца,
пионербольной сборной – тоже смотрите тигром
в витрину книжного рынка и мучаете продавца?
Не просто «что тут за буковки?», а волчьей фокусировкой
каждый без исключения раз – при всём равнодушии к песням –
десятилетиями! – с ропотом полусиротки,
делая интонацию с каждым разом помпезней.

Хочется не на шутку нанять с миллиончик ботов,
которые не давали бы спуску Вакарчуку:
а почему, мол, не озеро Жанны и не залив Шарлотты?
Как эта Эльза обзавелась океаном на юном веку?
Вот – расшифруй, и хоть лопни. А я ж, так сказать, не чула…
И – повторяй тропической птичкой на холке бесправного мула.
Песни мы как бы и слушаем (хоть все они – как одна),
но ты ж растолкуй про Эльзу-то: вон та тётя – вона ж не зна…

Если бы песня «Малиновый звон» называлась «ИО-28», –
бедный Гнатюк лежал бы уже на нешуточных препаратах.
Правда, он вне досягаемости сбитых в охапку мосек:
только ему и твердить мантру дегенерата.
Поёт себе – и поёт. Ресурс задействован правильно.
Даже если и размагнитят архивных лент вороха.

…Я бы и рад показать прощальный плач уплывающего кораблика –
но стоит ли ради «а у меня вопрос: что такое МХ?»